— Эх, Мишаня и зачем ты в эти горы полез? Сидел бы дома, чай с маминым вареньем пил. Нет тебе покоя! То в морскую пехоту просишься, то в разведчики… Теперь диверсантов ловишь, — говорил сам себе молодой мужчина, идущий по снежному насту, под которым не было ни единого камушка, только непроглядная тьма пропасти, немного везения, чуть-чуть удачи и надежда на успех.
За майором шли трое спецназовцев, стараясь не отставать от могучего своего командира, пришедшего к ним в отряд с флота. Старому майору было уже тридцать два года, когда как его сверстники щеголяли если не в полковничьих погонах, то были как минимум подполковниками, занимали должности старше, общаясь с ним с высока. Молодым ребятам из группы по двадцать пять, всё ещё впереди, как и этот майор. Все вместе они пришли в один день на сдачу теста на физическую пригодность к службе в диверсионном подразделении элитной группы специального назначения, когда-то так засекреченного, что о том, где служат офицеры не знали даже жёны и дети. Но это было тогда, в Советском Союзе. Когда парадную форму офицеры разведчики одевали или на награждение, или будучи лежащими в деревянном ящике, с орденами и медалями на красных подушечках, которые родные видели впервые. Теперь всё иначе. Секретов не так много, но о их операциях никто нигде не скажет, не обмолвится. Стариков мало осталось. Одна легенда отряда Вася, больше двадцати лет в строю и то весной уходит на пенсию.
На экзамене им поставили задачу «завалить», нокаутировать или сбить на пол броском самбо этого морпеха богатыря всеми известными им приёмами. В армии рукопашный бой был, но всё что они делали, это было для публики по праздникам и начальства. Демонстрировали заученные заранее движения «като» из карате, которые показывал капитан, чемпион округа по какому-то стилю японской борьбы. На ринге майор без труда раскидал всех троих по очереди, обливаясь потом после кросса и силового комплекса упражнений, выполненных на «отлично». Что за приёмы они пока не знали, но эффективность их ощутили на себе и запомнили надолго. Третий еще долго лежал со сломанными ребрами и ключицей дома, ожидая выздоровления, чтобы пойти на медкомиссию в Варсанофьевском переулке. Наверное, Сашу не взяли бы, если бы он переломанный и побиты не встал после костоломных ударов морпеха в стойку, выставив вперёд кулаки, готовясь к бою. Этим он завоевал уважение спецов, собравшихся посмотреть на новичков.
Теперь Саша шёл за командиром Мишаней, повторяя его движения. Это была третья командировка в горы Кавказа. В первую же неделю закрутилось-завертелось такое, о чём никогда не напишут в газетах, никогда не расскажут в телевизионных передачах, об этом даже горы промолчат, важно стряхнут с себя снега лавинами и заговорят меж собою языком ветров о своём…
По информации военной контрразведки в заданном районе действовала диверсионная группа. Почерк работы этих диверсантов был «сасовским». Значит, это были либо известные на весь мир британский командос Special Air Service, либо те, кто проходил у них обучение. Таковых боевые группы спецназа ФСБ и ГРУ встречали не раз на горных тропах. Это были турецкие командос. Информации «с гулькин нос», а дел натворили за несколько дней столько, что следователям и оперативникам ещё долго распутывать их следы. Смерть несли эти командос…
На поиски диверсантов в горы ушли десятки боевых групп спецназа разных ведомств. Оперативники «трясли» свою агентуру в поисках необходимой информации. Аналитики молча искали что-то в компьютерах. Опыт антидиверсионной деятельности показал, что только такая тактика способна сработать и дать положительный результат…
Последней их диверсией было уничтожение пограничной заставы. Мальчишек срочников они зарезали ножами спящих. Командира заставы застрелили, выпустив «дуплетом» в голову две пули из пистолета так, как учат именно «сасовские» инструкторы. Почерк убийств, закладки мин и установка минных ловушек была английская…
— Профессионал, мать их… родила не для этого, — продолжал рассуждать вслух Мишаня, выходя на твёрдую поверхность, где было бы идти с большей долей безопасности если бы не всё та же пропасть…
— Говорила мне мама, сиди дома, учи английский, будешь дипломатом. Неееет! Поперся в армию! Воееееенные! Здоровееееенные, вбил себе в голову какую-то хрень. Теперь ходи здесь, где упадёшь и найдут археологи через миллион лет ископаемого древнего воина в тельняшке…
— Мишаня! Я вижу их следы! — с горящим взглядом подскочил Сашок и показал на крючки на каменной стенке.
— Ну, да, вижу. Ушли наверх? Придётся лезть к ним в гости.
— Могут ждать…
— Да. Могут. Мы тоже можем ждать. Только если мы будем ждать, то они уйдут. Могут уйти на ту сторону границы. А могут наоборот. И что ещё ждать от этих головорезов?
— Мишань, они всем пацанам нашим горло перерезали?
— Да. Сердце и горло. Так убивают «сасовцы»
— Может и мы их по тихому ножичками? А?
— Саша! По обстановке будет видно. Может ножичками, может камушками…
— Камушками?
— Выше поднимемся и завалим этих… — сделав паузу и подумав о чём-то майор начал всматриваться в темень над головами спецназовцев.
— Может, пойдем вверх в стороне от их тропы?
— Наверное, так и сделаем…
Лейтенант Эдвард МакДональд осматривал экипировку своих подопечных из турецкого командос. Ребята эти были что надо. Он их обучал уже год. Этот выход был первым боевым опытом них. До этого у него обучались грузинские военные. Но их руководство боялось проводить подобные операции. Грузин можно было понять…
Если бы не этот русский, шедший по пятам, можно было уйти на домой, где есть ванна, любимый итальянский кофе с бренди и кубинские сигары. Неделя лишений привычна для старого солдата, но года берут своё. Пора и на покой…
— Эй, парни! Сейчас примем бой с этой группой русских. Подождём их здесь. Али, поставь мину напротив лаза. Наверняка, они полезут по нашим же крюкам. Мухамед, после взрыва бросай две гранаты в эту сторону. А мы вдвоём с Омаром доделаем дело ножами. Всё! По местам!
Заросшие густым волосом лица командос не показали эмоций. Работа убивать стала для них привычной…
Сильный удар в голову снёс Эдварда в сторону большого камня, где лежал его рюкзак. Мгновение и лейтенант Специальной Авиационной Службы британского воздушно-десантного спецподразделения стоял на ногах перед высоченным русским спецназовцем в «гоке» защитного цвета. Жилистый, сильный и выносливый десантник Её величества хорошо держал удар. Ворот куртки русского спецназовца был небрежно расстёгнут, показывая полосатую рубашку как у моряков. Наверное, он был матросом когда-то. Здесь в горах Кавказа только бывшие. Хотя, они и считают, что бывших не бывают, они больше не в море. В руке Эдварда мелькнул его складной нож фирмы Новилл и сыновья, купленный лет пятнадцать назад за свои деньги в оружейном магазине Лондона. Отличный нож, побывал не в одной переделке с ним в разных частях света. Специальной подготовки рукопашного боя в программе английских десантников нет. Поэтому Эдвард много лет посещал специальные курсы филиппинской школы ножевого боя в свободное время. Со своим ножом он мог победить любого хулигана в тёмном переулке…
Неуклюжий русский казалось был прекрасной мишенью для его наработанных годами запрещённых приёмов. Наработанная техника убивать должна была поставить точку в этой истории, где лейтенант со своими командос выполнил все поставленные руководством задачи. Сделав обманное движение вверх, в область лица русского, Эдвард намеревался резко нырнуть в ноги и ударить в бедренную артерию, потом сместить корпус влево и нанести порез шеи, этой бычьей шеи. Заключительный аккорд в его песне смерти должен был быть в сердце. но не хотелось портить «шкурку» этого русского медведя. Эдвард решил взять себе на память трофей — полосатую рубашку. Запрещённый приём филиппинца Джо должен был сработать наверняка…
Вылетевшая молнией рука Эдварда наткнулась на неожиданную преграду — русский внезапно опередил его манёвр и ударил кулаком в запястье. Нож улетел во тьму, нырнув в снег. Левая ладонь размером с голову лейтенанта британского воздушно-десантного спецподразделения, сшибла его с ног, вздёрнув подбородок вверх. Упав головой навзничь, он ударился затылком о что-то твёрдое. Небо, звёздное небо погрузилось во тьму…
— Этот не жилец, — констатировал факт смерти английского командос Сашок.
— Какая разница. Доставим тело мёртвого, пусть с ним делают что хотят. Приказ был поймать всех. Этот не выжил, эти, — майор кинул взгляд на трёх бородатых турок в английских камуфлированных костюмах и тяжёлых ботинках, связанных верёвками, — эти сами дойдут. А европейца потащим на себе…
— Мишаня?
— Что, Мишаня? Задачу выполняем. Немного отдохнём и вниз. Через двое суток доберёмся до наших…
Войти
Войдите, чтобы оставить комментарий
Иллюстрация к рассказу "Запрещённый приём"
Показать полностью
2 Лайка
1381 Просмотр
22 Февраль 2013, 13:45
Объект авторского права. Использование без разрешения правообладателя запрещено.
текст понравился. а у десантника с рукой проблема.маловата она
Буду работать еще… :) Спасибо:)